Используются материалы Financial Times Financial Times
Поддержите VTimes, чтобы мы могли работать для вас.

Мнение

Время чтения: 7 мин
Обновлено:

Мнение. Можно выйти? Почему развалился Советский Союз

Ликвидировать национальные образования было невозможно – они и разорвали государство

Постсоветское пространство то и дело потрясают конфликты, порой, к огромному сожалению, кровавые. Это заставляет нас обратиться к годам исчезновения огромного союзного государства, поскольку конфликты эти во многом являются фантомными болями распада. Но в чем причина этого распада, только ли в неумелых действиях Михаила Горбачева, которому это часто ставят в вину? Едва ли один человек мог развалить страну, даже совершая вольные или невольные ошибки во время своего правления, которое все-таки было коллегиальным, а не единоличным.

Как создавался Союз

Сейчас много говорится, что под Советский Союз изначально была заложена мина в виде разрешения свободного выхода из него республик. Говорится и о том, что само существование национальных образований ставило под вопрос будущее Союза, поскольку не убирало многочисленных межнациональных конфликтов. Трудно судить, насколько это соответствует истине, — тем более что мы не можем проверить, что было бы, если бы удалось создать единое государство рабочих и крестьян.

Советский Союз изначально создавался открытым для входа других стран и территорий и поэтому не мог быть выстроен иначе, чем свободный союз равноправных республик. Нужно было показывать народам стран мира добровольный характер объединения. Тем более что будущая мировая революция, от идеи которой руководители страны не отказались ни в 1930-е, ни в 1940-е гг., подразумевала, что территории включаться будут, а вот выходить — едва ли. Напомним, что последней страной, полностью официально присоединенной к Советскому Союзу, была Тувинская Народная Республика, и случилось это в 1944 г. Но, кроме этого, до 1946 г. Советский Союз пытался поддерживать — с прицелом на присоединение — два государственных образования: Демократическую Республику Азербайджан и Курдскую Республику, возникшие на территории нынешнего Ирана после его оккупации совместно с англичанами. Помешала этим планам жесткая позиция США, основанная на целостности и независимости Ирана. Советский Союз вынужден был прислушаться.

Как мне кажется, Иосиф Сталин планировал постепенно присоединить к Советскому Союзу и страны Восточной Европы. Не случайно подписание Варшавского договора, зафиксировавшего определенную самостоятельность его членов, состоялось только в 1955 г., уже после смерти генералиссимуса.

Таким образом, Советский Союз предполагался центром нового мирового коммунистического строя, расширяясь по образцу советских республик, возможно, через стадию сателлитов. По всей видимости, здесь и находилась причина невозможности ликвидации национальных образований. Присоединяемые страны ждала бы такая же участь, и их национальные элиты сопротивлялись бы присоединению изо всех сил. Таким образом, именно концепция будущего расширения Союза обуславливала и существование национальных республик, и обещание свободного выхода.

На пути к распаду

Но почему все же Советский Союз распался? Несмотря на внешне спокойную жизнь, СССР был полон внутренних национальных конфликтов. Яркие их проявления можно было наблюдать, к примеру, в армейской жизни, когда солдаты разных национальностей, иногда впервые в жизни, сталкивались лицом к лицу. Нередко это были конфликты, в которых представители славянских республик не участвовали. Были территориальные споры, например, между осетинами и ингушами. Конфликт вокруг Нагорного Карабаха возник еще в начале XX века и никуда в советское время не делся.

Но и с Россией отношения национальных окраин были далеки от идеальных. Национальные элиты помнили и периоды репрессий, и насильственное присоединение республик в 1920-е, 1930-е и 1940-е гг. Балтийские республики вдобавок успели вкусить свободу собственной государственности.

После событий в Польше в 1981 г., когда борьба профсоюза «Солидарность» и Польской рабочей партии закончилась введением военного положения без участия Советского Союза, возникло понимание, что держать силой в соцлагере Москва никого уже не будет. Можно говорить о слабости стареющего советского строя, можно делать предположение о влиянии политики разрядки международной напряженности, но факт остается фактом — начиная с 1970-х гг. Советский Союз вел себя в Европе весьма мирно и сдержанно. Благодаря этому в 1989 г. страны народной демократии смогли провести смену власти и освободиться от влияния СССР. И каждый новый шаг в одной из стран соцлагеря или в одной из советских республик побуждал соседей двигаться дальше. Любая, даже небольшая победа воспринималась как призыв к действию. В результате отделение балтийских республик стало уже вопросом времени.

Удержаться на краю

Мог ли Михаил Горбачев избежать этого сценария? Теоретически существовали два пути — силовой и демократический. Силовой означал, что руководство страны должно было пойти на жестокое подавление движения к независимости, прежде всего балтийских республик. Сделать это можно было только серьезным ограничением прав граждан, арестами неформальных лидеров, закрытием отдельных СМИ. Могло ли это удержать республики в СССР? Сказать сложно, но фактически Горбачев должен был поступить так, как до этого поступал Хрущев в Венгрии и Брежнев в Чехословакии. А это означало бы, что все усилия по налаживанию сотрудничества с Западом должны были прекратиться. Едва ли это было в стиле Михаила Сергеевича.

Но самое главное, на мой взгляд экономиста, состояло в том, что Советский Союз в этот момент отчаянно нуждался в западных кредитах и зарубежных технологиях. Нефть стремительно дешевела, эффективность советских предприятий падала, а население необходимо было снабжать товарами народного потребления, которые милитаризированная советская экономика выпускать была не в состоянии.

Выход балтийских республик оказал колоссальное воздействие на будущее Советского Союза. Это был пример, который показал остальным, что с ослабевшим центром можно и нужно торговаться. В этот момент у руководителей страны возникла идея заключения нового союзного договора, который бы зафиксировал иное соотношение сил в уменьшившемся Советском Союзе. Его подписание было сорвано путчем ГКЧП, который как раз и попытался направить историю по силовому сценарию. Но именно действия ГКЧП показали, что силовой вариант в стране был на тот момент уже невозможен.

Должно быть, Горбачев это понял раньше своих соратников: у него был опыт Казахстана 1986 г. и Тбилиси 1989 г. Именно поэтому, как мне кажется, так вяло действовало руководство СССР во время событий в Вильнюсе и Риге в январе 1991 г. В любом случае, уход прибалтийских республик состоялся, и вернуть их силой никто уже не смог.

На пути к новому Союзу

Но могло ли состояться новое объединение? Давайте представим, что такое событие состоялось. Путчисты не выступили, и все оставшиеся республики честно вошли в обновленный Союз.

Поговорим о цели такого объединения в терминах выгоды и издержек, смоделировав принятие решений республиканскими элитами. Понятно, что интеграция, так или иначе, будет происходить вокруг России — самой крупной и самой сильной республики.

Сначала оценим выгоды республик. Они зависят от того, насколько богатым будет центр и насколько он этим богатством будет делиться с каждым участником предполагаемого союза. При этом негативным фактором такого слияния для республик стала бы их зависимость от центра. К концу 1980-х, после падения цены на нефть, экономическая мощь России резко ослабла, что сделало объединение вокруг нее менее интересным. Республики были готовы создать новый Союз, но на более выгодных для себя условиях, которые они и начали выторговывать.

Но насколько выгоден был бы такой Союз России?

Выгоды для России — общий рынок, доступ к ресурсам и выход к границам других стран. Издержки — необходимость поддерживать республики, отличающиеся по уровню развития, риски национальных конфликтов и необходимость учитывать мнение республик при принятии решений на уровне Союза, включая вопросы распределения ресурсов. К тому же национальные республики граничили в большинстве своем со странами, экономика которых была мало интересна России. Напомним, что ВВП Китая в начале 1990-х гг. был в полтора раза меньше ВВП России.

К 1991 г., после ухода из Союза Прибалтики, центробежные силы, зревшие в национальных республиках, получили дополнительный импульс. Чтобы противостоять им, России необходимо было в большей степени, чем раньше, делиться с ними ресурсами, в том числе и властью. И хотя на республики Закавказья и Средней Азии, а также Молдавию приходилось всего 25% населения такого урезанного Союза, они могли претендовать на большее влияние.

Высшим органом государственной власти в СССР на тот момент был Съезд народных депутатов. Еще до распада Союза союзные республики в представительстве от национально-территориальных избирательных округов на съезде (а это треть от всех делегатов) имели равное число депутатов вне зависимости от численности. Так что представительство небольших республик на съезде было явно выше доли их населения. Можно было ожидать увеличения их представительства. И если славянские республики при любом раскладе сохранили бы за собой простое большинство голосов, то о конституционном или квалифицированном большинстве им пришлось бы забыть. В любом случае «блокирующий пакет» был бы у национальных республик. И они бы им с удовольствием воспользовались.

Трудно сказать, понимал ли это Горбачев, скорее всего, для него сохранение Союза было само собой разумеющимся. Он просто не мыслил себе иного. Скорее всего, сценарий распада в его голове просто не существовал. Только вот остановить процесс распада он уже не мог. Возможно, что, не будь ГКЧП, Союз на какое-то время удалось бы сохранить, только ценой этого стало бы сильнейшее давление на Россию всех остальных республик. Боюсь, что в этом случае конфликт 1993 года мог оказаться легким волнением на фоне возможных бурь.

Путь, по которому пошел первый президент России Борис Ельцин, был, возможно, более прагматичным. Хотя, вероятнее всего, он просто стремился убрать Горбачева, мешавшего ему, как и большинству руководителей республик. План Ельцина состоял в том, чтобы создать союз трех наиболее сильных и близких по всем характеристикам республик, к которому потом, возможно, захотят присоединиться другие участники. В таком случае это произойдет по инициативе самих республик и требований с их стороны будет явно меньше.

План этот не реализовался, в том числе и по вине руководства России, не сумевшего использовать возможности мягкой силы. Кроме того, российские элиты просто не готовы были признать равноправие национальных республиканских элит, с которыми теперь надо было считаться.

Почему же все-таки план создания нового Союза провалился? Почему к союзу России, Украины и Белоруссии не примкнули остальные «братские» республики? Ресурсные республики, такие как Казахстан, Туркмения и Азербайджан, рассчитывали на самостоятельный сырьевой экспорт и не слишком нуждались в едином государстве. Слабым республикам нужна была помощь, которую Россия на тот момент дать не могла, поскольку сама нуждалась в зарубежных займах. Фраза Бориса Ельцина «Берите столько суверенитета, сколько сможете проглотить», хоть и относилась к субъектам Российской Федерации, была в этом смысле очень показательна. Россия ясно давала понять, что помощи братским республикам не будет. И республиканские элиты начали строить самостоятельные государства, все дальше и дальше отходя от сценария объединения.

Конечно, у России оставался другой путь объединения — имперский: заставить республики объединиться силой, а точнее, добрым словом и пистолетом. Но пистолет использовать оказалось невозможно, что показал пример ГКЧП. Для силового объединения нужна была готовая воевать армия, нужен был мощный силовой ресурс, нужна была готовность убивать во имя объединения страны, как это было в 1920-е гг. К счастью для России и ее соседей всего этого у нее не было.

Жизнь после смерти

Именно в этот момент, в 1991 г., по-настоящему закончилась Российская империя, потому что Советский Союз во многом был ее продолжением. При своем создании он просто позаимствовал имперские практики дореволюционной России, и пока они работали, страна оставалась целой.

Так что нынешняя Россия все-таки уже не совсем империя, как бы она ни старалась ей казаться.

А попытка внеимперского равноправного объединения республик показала, что стимулы к такому объединению не столь велики. Здесь полезно сравнить различия в уровне жизни в советских республиках на момент распада СССР с различиями в уровне жизни стран ЕС. В СССР группа лидеров (Россия, Казахстан, Украина) в 3 раза превосходила по ВВП на душу населения аутсайдеров (Армению, Киргизию, Таджикистан и Узбекистан), в то время как в Евросоюзе лидеры (Бельгия, Германия и Франция) обгоняли своих слабых партнеров, Грецию и Испанию, менее чем в 2 раза.

Поскольку распад СССР произошел одновременно с развалом советской экономики, многие люди ставят равенство между этими процессами. Но то, что это произошло одновременно, не означает, что второе было следствием первого. Безусловно, появившиеся границы, валютные курсы, различия в законодательстве замедлили торговлю в бывшем Советском Союзе.

Но не это было основной причиной падения производства. Заводы разных стран, если им это было выгодно, продолжали сотрудничать, и, наоборот, предприятия соседних областей могли перестать взаимодействовать из-за того, что одно из них не получало от этого выгоды. Большинство производственных цепочек стало рваться потому, что в новых рыночных условиях их конечная продукция либо оказалась неконкурентоспособной, либо на нее не было у потребителей денег. В первом случае покупатель переходил на более интересную зарубежную продукцию, а во втором — просто сокращал потребление. К тому же требовались в основном товары народного потребления — одежда, обувь, бытовая электроника. А этого как раз советская экономика делала мало, дорого и плохо. И никакие постановления партии и правительства не помогали исправить ситуацию.

После распада Советского Союза возникли новые государства, но, хотя они и были связаны многими нитями — производственными, культурными, семейными, — это уже были разные страны со своей дорогой, своими ошибками и достижениями, своей, хотя в какой-то период и общей, историей.

Безусловно, проигравшими от распада Советского Союза оказались рядовые граждане, вынужденные уехать из республик из-за национальных конфликтов, частично потерявшие свободу перемещения и лишившиеся родственных связей. Однако образование нового союза могло бы привести к новым проблемам, связанным с неравенством развития и несогласованностью целей. Да и национальные конфликты никуда бы не делись и даже стали бы сильнее, поскольку новое союзное государство едва ли было бы в состоянии утихомирить такую вражду. К счастью, этого не произошло, и «развод» прошел сравнительно мирно, особенно по сравнению с югославским сценарием.

И хочется верить, что эту развилку мы уже проехали окончательно.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции VTimes.

Хотите сообщить об ошибке? Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter

Спасибо, что читаете эту статью!

Поддержите VTimes, чтобы мы могли продолжать работать для вас.