Используются материалы Financial Times Financial Times
Поддержите VTimes, чтобы мы могли работать для вас.

Мнение

Время чтения: 3 мин
Обновлено:

Мнение. ESG – экспортный лейбл или потребность российских инвесторов

Почему компании-неэкспортеры с рублевым финансированием не могут игнорировать ESG

«Я хочу жить в повелительном причастии будущего, в залоге страдательном — в долженствующем быть. Так мне дышится. Так мне нравится». Современные управляющие крупнейшими инвестиционными фондами могли бы подписаться под этими словами Осипа Мандельштама о «повелительной глагольной тяге». Выбирая инструменты инвестирования, они все чаще идут дальше простого анализа соотношения риска и доходности и рассматривают ранее недооцененные и относительно долгосрочные риски через призму своих представлений о добром и прекрасном — об экологической, управленческой и социальной ответственности компаний.

ESG-революция в мировых финансах

ESG в мировых финансах быстро набирает обороты. До конца 2020 г. страны, на долю которых приходится 65% мирового выброса парниковых газов и 70% мировой экономики, приняли программы декарбонизации, включая не только Евросоюз с его «Зеленым пактом» (Green Deal), но и Китай (к 2060 г.), Японию (к 2050 г.) и Южную Корею (к 2050 г.); в США с приходом Байдена активизируется зеленая повестка. Доступ к финансированию для проектов или компаний, которые инвесторы не считают в достаточной степени экологически чистыми, снижается. Объем финансовых активов под управлением в соответствии со стратегиями ESG быстро растет. Например, в январе 2021 г. в письме генеральным директорам и инвесторам BlackRock (более $8,7 трлн активов под управлением, включая более $5 трлн пассивных фондов) предупреждал, что может вывести из дискреционных портфелей ценные бумаги тех компаний, которые не борются с изменением климата и не раскрывают экологические показатели. К концу 2020 г. более 3500 организаций подписали Принципы ответственного инвестирования, 206 банков подписали Принципы ответственной банковской деятельности, и список продолжает увеличиваться.

Россия: пикник на обочине

Российские компании пока меньше подвержены ESG-давлению инвесторов, чем иностранные, поскольку у них изначально меньше доступа к дешевому финансированию с мировых рынков. Многие крупнейшие российские корпоративные заемщики под санкциями. Для остальных консенсус иностранных инвесторов о высоком страновом риске России оборачивается мягкими ограничениями, более высокими ставками и сравнительно низкими мультипликаторами. Многие крупные компании либо государственные, либо с концентрированной структурой собственности, а потому менее чувствительны к колебаниям капитализации и настроениям широких масс международных инвесторов. Доступ к финансированию на внутреннем российском рынке до настоящего времени не зависел от ESG-характеристик. В Европе принят колоссальный «зеленый пакет» восстановления экономики после пандемии, а в России государственные инвестиции в сфере энергетики скорее нацелены на инфраструктуру и надежность энергоснабжения, чем на развитие ВИЭ, сокращение выбросов и прочую ESG-тематику. На балансах российских банков и инвесторов много традиционных углеродоемких активов. Структура экономики и социальные соображения не позволяют быстро заменить их зелеными.

Дома тесно

Крупнейшим российским заемщикам недостаточно финансовых ресурсов только внутреннего рынка: им нужен выход на мировые рынки, а значит, нужно уметь отвечать на неизбежные вопросы иностранных инвесторов об ESG. Например, долг «Газпрома» по МСФО на 30.09.2020 составлял 4,9 трлн руб. По нашим оценкам, основанным на совокупном объеме капитала банков и до различных корректировок с учетом риска, максимальный объем кредита одному заемщику, который российская банковская система может выдать без нарушения регуляторных нормативов, в настоящее время составляет около 2,6 трлн руб. (по состоянию на 1 декабря 2020 г.).

Российские банки: ESG-пробуждение

Иностранные инвесторы все внимательнее изучают ESG-профили российских банков-контрагентов, и некоторые крупные российские банки все внимательнее присматриваются к ESG. Например, Сбербанк (35% активов российской банковской системы) согласно новой стратегии планирует проводить ESG-оценку своего кредитного портфеля, сотрудничает с крупными клиентами по выработке ESG-стратегий. ВЭБ участвует в разработке зеленой таксономии. Появляются первые ESG-инструменты. Например, РЖД выпустила первые зеленые еврооблигации в 2019 г., первые зеленые рублевые облигации — в 2020 г. В конце 2020 г. группа «Сбер» выдала первый кредит с ESG-привязкой АФК «Система». Примеры кредитов международных банков с ESG-привязкой — пятилетнее предэкспортное финансирование «Русала» на $1085 млн, синдицированные кредиты «Металлоинвеста» на 200 млн евро и $100 млн, кредиты «Полиметалла» на общую сумму $155 млн.

Не стимулы, так правила

Изменения могут пойти быстрее, если появится механизм государственной поддержки зеленых проектов или если ЦБ введет льготы для зеленого финансирования — например, понизит риск-веса при расчете регуляторных нормативов банков для зеленых проектов (такая мысль обсуждается в России, но в Европе подобных примеров мы не видим). Впрочем, мы предполагаем, что в России государственное стимулирование экономики будет направлено скорее на социальные и инфраструктурные, чем на экологические проекты.

Первым серьезным шагом в экологическом направлении может стать принятие национальной таксономии и национальной климатической стратегии, где появится определение зеленых проектов «по-русски». Для компаний и банков важно, насколько национальная таксономия будет согласована со стандартами, принятыми на крупнейших мировых рынках.  Пока в ESG-регулировании в России есть много неясностей и противоречий, но и в других странах оно не успело выкристаллизоваться.

Гармонизация формирующейся российской системы ESG-регулирования с международными нормами, особенно с правилами ЕС, важна для сохранения доступа российских компаний к иностранному финансированию. Противоречия и рассогласованность внутренних и международных правил могут обернуться двойным грузом налогов и отчетности для российских компаний-экспортеров. И российская, и европейская системы находятся в процессе развития, поэтому важен диалог.

Цена рисков ESG растет

ESG — не карго-культ глянцевых отчетов об устойчивом развитии: от доверия инвесторов и потребителей зависит будущее компаний и отраслей, их доступ к капиталу. Цена ESG-рисков растет по всему миру, и Россия не исключение. Например, после разлива нефтепродуктов в 2020 г. «Норильский никель» получил весьма значительный штраф — 146 млрд руб., более четверти EBITDA за 2020 г.

Значительное число рейтинговых действий S&P Global Ratings по всему миру сейчас связано с ESG. Например, в корпоративном и инфраструктурном секторе в апреле — декабре 2020 г. было 624 рейтинговых действия, напрямую обусловленных ESG. Это 16% всех рейтингов, или около трети всех рейтинговых действий в секторе.

Мы полагаем, что для сохранения доступа на мировые финансовые рынки и для адаптации к постепенным изменениям внутри России компаниям придется удовлетворять потребности меняющегося общества и спрос инвесторов на ESG.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции VTimes.

Хотите сообщить об ошибке? Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter

Спасибо, что читаете эту статью!

Поддержите VTimes, чтобы мы могли продолжать работать для вас.