Используются материалы Financial Times Financial Times
Поддержите VTimes, чтобы мы могли работать для вас.

Время чтения: 3 мин
Обновлено:

Гранты есть, но вы держитесь

Как будет организовано наиболее массовое снабжение ученых государственными деньгами

В статье:

Российский научный фонд (РНФ) анонсировал грантовую линейку, которой он с 15 апреля будет заведовать вместо Российского фонда фундаментальных исследований (РФФИ). Особое внимание приковано к конкурсу проектов фундаментальных научных исследований, так называемому конкурсу «а», который считался самым массовым и демократическим. РНФ переименовал его в конкурс малых отдельных научных групп. Получить такой грант будет сложно ученым, не имеющим подтвержденного западной наукометрией научного багажа.

Зато инвестиции РНФ из сокращающихся государственных ассигнований в науку окажутся в как бы безрисковой зоне.

РНФ денег не получил

Уходящий в небытие грант «а» был задельным: он исправно кормил ученых, которые брали в разработку гипотезы, нащупывая фундамент под основу крупных научных проектов. РФФИ ежегодно одобрял 15 000 подобных заявок, выдавая субсидии до 1,5 млн руб. на группу до 10 человек.

РНФ в этом году рассчитывает поддержать 1700 проектов. Свыше четырех человек в команду брать не допускается. «Мы понимаем, что 1,5 млн руб. — не очень высокая сумма, поэтому множить состав коллектива до более высоких цифр не имеет смысла», — объяснил на пресс-конференции гендиректор РНФ Александр Хлунов.

Признан также нецелесообразным пункт, позволявший расходы «на личное потребление» грантополучателя. Раньше ученые могли подавать заявку на гранты «а» как физические лица, сейчас — только через юридическое лицо, через организацию, с которой обязан официально сотрудничать руководитель проекта. Ассигнования на обновленный «а» остаются прежними — порядка 2,5 млрд руб. в год.

Но преемственность двух фондов ни юридически, ни финансово не подтверждена. «Никаких денежных средств в РНФ до сих пор сих пор не переведено, — сетует Александр Хлунов. — У нас есть письмо Минобрнауки, которое свидетельствует, что в 2021 г. нам будут переданы средства в размере — дополнительно — 1,3 млрд, это 5% от нашего общего объема за 2020 г. Сумма возрастет до 6,4 млрд в 2022 г. и до 12,7 млрд — в 2023 г. Но как таковое объединение фонда (это организационно-правовая форма) и бюджетного учреждения РФФИ по российскому законодательству невозможно».

Ведущий научный сотрудник Института физхимии и электрохимии им. А. Н. Фрумкина РАН Мария Калинина:

— Сокращение числа участников научной группы в каком-то смысле разумно, ведь сумма небольшая. Однако принятая в РНФ финансовая отчетность обязывает платить налог на фонд заработной платы, чего не было в РФФИ. И если раньше грантодержатель мог легально платить за разово выполненные работы, набирая в команду до 10 душ, то сейчас за то же придется платить из своего кармана, скорее всего, вчерную. Бывшие гранты «а» превращаются в поддержание штанов для разработки идей, у которых задел практически отсутствует. Кроме того, руководителю большого гранта РНФ становится недоступным прямое руководство мелким проектом — разве что через подставных формальных руководителей, например аспирантов.

В РФФИ действовало 16 экспертных советов, которые в год рассматривали порядка 80 000 заявок. Весь же штат РНФ состоит из 44 сотрудников, и привлекать новых не предполагается. Входным билетом и критерием эффективности для руководителя проекта станет внешняя экспертиза: публикации в журналах Scopus и Web of Science, куда стоит очередь года на полтора вперед, — фактически в поисковиках, объединяющих общемировые реферативные базы данных.

В 2019 г. ассигнования на РФФИ составляли 22,22 млрд руб., РНФ досталось 20,8 млрд руб. Слияние фондов предполагает сокращение расходов государства на грантовое финансирование науки. Имущественный взнос в РНФ в 2021 г. может составить, по оценкам экспертов, не больше 30 млрд.

Перемирие во время засухи

Экономия на административных затратах, отлучении плеяды экспертов от кормушек, минимизации дублирующих функций очевидна. Пострадает ли наука и научное сообщество?

Грантополучатель обоих фондов, преподаватель, член профсоюза «Университетская солидарность» Илья Гурьянов:

— Руководство РНФ рассматривает грантовое финансирование как «инвестицию» на основании наукометрических показателей. Подход строится на западной идеологии New Public Management, в основе которой — аналогия между управлением общественными институтами и коммерческими структурами. Это колоссально повышает роль формальных количественных показателей. Наукометрия же как область знания не создавалась под задачи «эффективного» распределения материальных благ и ресурсов.

Безальтернативность РНФ ведет к разделению академического сообщества на касты — на тех, кто занимается исследованиями, и тех, кто тонет в преподавательской рутине. Получается замкнутый круг: продолжать наращивать количество публикаций смогут те, кто уже ранее публиковался в «нужных» изданиях. Для регионального преподавателя попасть в публикационную когорту станет еще сложнее, ведь из-за недофинансирования науки этот грант и для сотрудников топовых вузов — существенная поддержка.

Впрочем, в РНФ не видят поводов для беспокойства.

— Не все 80 000 упомянутых заявок в РФФИ были по конкурсу «а». То есть их уже будет существенно меньше. В РНФ активно используются автоматические процедуры в экспертизе (например, при назначении экспертов). Экспертиза нового конкурса будет осуществляться в полном объеме, в соответствии с порядком проведения экспертизы в фонде (минимум два эксперта на проект и рассмотрение секциями, экспертным советом). Фонд все это обеспечит. Если это потребует увеличение штата — руководство готово такой вопрос рассматривать. Но, скорее всего, с учетом активной цифровизации процессов в фонде, значительных дополнительных ресурсов не потребуется.

Научный проект по гранту «а» может продолжаться по выбору руководителя один или два года — в РФФИ он мог длиться до трех лет (с продлением). В качестве входного билета в краткосрочный проект публикации в «хищных» журналах — высокая цена, однако для тех, кто сможет ее заплатить, это обещает окупиться в перспективе.

Старший научный сотрудник Института цитологии и генетики СО РАН Петр Меньшанов:

— Чаще всего реальные качественные исследования требуют продолжительного цикла инвестиций. Годичный цикл годится для каких-то быстрых побед либо перелицовки чего-то. Яркий пример — развитие полупроводниковой промышленности в Америке, у нас ее не успели развить. Или развитие космической отрасли. Там инвестиционные циклы порядка 25–30 лет. Но вы же не дадите первому встречному эти деньги просто под бизнес-план. Такого класса проекты — они действительно нужны, но только под те фамилии, которые уже доказали свою эффективность в научных исследованиях, у которых есть подтверждающий багаж. Кто выдаст средства, если нет подтверждения того, что я способен такое исследование провести? Именно поэтому, в этой части, требование государства о самостоятельных публикациях научных работников — оно корректно. Это подтверждение того, что вы сможете потратить госсредства эффективно. Многие не понимают, что это билет, который разрешает государству для такого класса работников выдавать длительные гранты.

Хотите сообщить об ошибке? Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter

Спасибо, что читаете эту статью!

Поддержите VTimes, чтобы мы могли продолжать работать для вас.