Используются материалы Financial Times Financial Times
Поддержите VTimes, чтобы мы могли работать для вас.
Мнение
Время чтения: 3 мин

Мнение. Разговаривать хочется

Манифестов стало в последнее время как-то многовато

Можно понять всех. Трудно, конечно, но если захотеть, то понять можно. Можно понять Навального и восхититься его мужеством: ведь он, будем откровенны, вернувшись в Россию, совершил поступок, на который подавляющее большинство людей не готовы пойти.

Можно понять сторонников Алексея Навального, которые говорят, что нет сейчас ничего важнее требований о его освобождении. Можно понять тех, кто выходит на митинги не только за Навального, но и за себя, рискуя получить дубинкой по голове, а то и попасть под арест.

Но можно понятно и других — и их манифесты, которых что-то стало многовато в последние дни. 

Здравомысленный заяц

Можно понять Григория Явлинского, чья политическая карьера вот уже 30 лет никак не пойдет в гору — и, кажется, уже никогда не пойдет. Конечно, его раздражает Алексей Навальный, и его популярность он описывает проекциями своих страхов: вот-де лидер фашистского толка. Это не только и столько зависть, но еще и страх, усталость материала, тревожность, увядание.

Двадцать миллионов Григория Явлинского

Можно понять тех, кто потратил неделю своей жизни на битву с ветряными мельницами Григория Явлинского, красноречиво обличая его с утра до вечера: то ли у него нет представлений о добре и зле, то ли он просто очень любит деньги из бюджета и особняк партии в Замоскворечье. Эти люди когда-то инвестировали эмоционально в партию «Яблоко», и им как минимум обидно, что их вклад сгорел.

Можно понять тех, кто бросился защищать Григория Явлинского от «травли». Кто-то по долгу службы, а кто-то сетевого троллинга ради, но в массе своей это была ожесточенная рационализация опять-таки своих страхов и защита привычной картины мира. Мы сидим в своей партии как мудрый пескарь, и не учите нас жить, и вообще, раз вы либералы — будьте за свободу слова.

И это еще не все стороны общественной дискуссии в России февраля 2021 г.

Бумеры и дети

Есть еще Константин Богомолов, тоже со своим манифестом — уже не про Навального, а глобальнее — про кризис западной цивилизации. Этого новоявленного Шпенглера, как вы уже догадываетесь, тоже можно понять. Конечно, ему дискомфортно от того, что в очередной раз «молодая шпана» пришла сбросить кого-то с парохода современности. Интуитивно, думаю, Богомолов понимает, что сбрасывать будут и его, хотя речь про Россию вообще не шла — это дискуссия западных стран, а в наших широтах это, если честно, все еще походит на карго-культ.

Отцепленный вагон Константина Богомолова

Можно понять и тех, кто написал серьезные ответы Богомолову. Обсуждать пытки задержанных на последних митингам психологически дискомфортно и требует напряжения эмпатии, а вот порассуждать, загнивает Запад или нет, — это для российского интеллигента всегда приятное занятие.

Можно понять и тех, кто опубликовал ответ Богомолову из двух слов: «ОК, бумер». Это все тот же карго-культ, но с обратным знаком. Это заговаривание все же тех страхов осознания нашего морозно-полицейского контекста. Давайте лучше представим, что мы чисто американские студенты с мемом двухлетней давности. Это и милее, и приятнее, чем собирать передачи политзаключенным.

Можно понять тех, кто обиделся на это обращение «ОК, бумер». Новоявленные базаровы раздражают кирсановых нового разлива, эта тема, кажется, вполне закрыта еще Иваном Тургеневым, ничего не изменилось, разве что крепостное право на этом витке пока никто отменять не собирается. Это больше спор западников и славянофилов меж собой.

Разговорчики в строю

Как я уже сказал, можно понять вообще всех. Всем страшно немного, всем дискомфортно так или иначе. Все понимают, что ничего не понимают. Не контролируют ситуацию, не управляют будущим. И каждый забалтывает фрустрацию как может.

Кстати в этом смысле пришлась и новая социальная сеть Clubhouse, где все желающие разбредаются по «комнатам» и говорят о чем угодно. В новой реинкарнации советских кухонь пока все больше говорят о диджитал-маркетинге и личных брендах. Это, разумеется, тоже забалтывание фрустрации.

Но только ли?

Думаю, нет. 

Думаю, с точки зрения вечности происходит важный процесс, хотя в моменте он может откровенно раздражать. Происходит процесс становления партийности в хорошем смысле этого слова. Процесс формирования норм этики, размежевания добра и зла, прекрасного и уродливого, правды и кривды. 

Людям хочется разговаривать. Не быть в одиночестве. Для этого они ищут людей, буквально как Диоген с фонарем, — и находят их. 

Пусть уж лучше они объединяются в саркастической неприязни режиссера Богомолова, чем никак вообще. Уж лучше пусть в парламенте прекрасной России будущего будут фракции сторонников и противников Богомолова и Явлинского, а также примкнувшие к ним диджитал-маркетологи из социальной сети Clubhouse, чем там будут снова фейковые абстрактные партии с выдуманными ценностями и аудиториями.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции VTimes.

Хотите сообщить об ошибке? Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter

Спасибо, что читаете эту статью!

Поддержите VTimes, чтобы мы могли продолжать работать для вас.