Используются материалы Financial Times Financial Times
Поддержите VTimes, чтобы мы могли работать для вас.
Мнение
Время чтения: 3 мин
Обновлено:

Мнение. Правила защиты инвесторов не сработали

История GameStop показала: ЦБ правильно не пускает людей в сложные продукты

Противостояние Уолл-стрит и рядовых инвесторов, взлет и падение акций GameStop — это замечательная история. В ней отражаются все достижения и все болячки современного финансового рынка. Вопросы возникают ко многим его участникам, и очевидно, что понемногу виноваты все. И выводы тоже нужно сделать всем.

 Что произошло

Группа хедж-фондов с капиталом и опытом много месяцев агрессивно играла вкороткую против переоцененных рынком низколиквидных бумаг, на стоимость которых можно влиять сравнительно небольшими средствами. Они занимали акции у банков, продавали их, чтобы потом купить снова по уже меньшей цене. Акции возвращаются банку с комиссией, а разница остается у них.

При колебаниях в 2–3% это вполне себе большой классический бизнес, позволяющий сглаживать колебания и зарабатывать на небольших неэффективностях рынка. Но когда этим целенаправленно занимаются несколько игроков, синхронно продавая бумаги, это может спровоцировать рынок на продажу, повышая прибыль шортеров.

Как трейдеры-новички поставили хедж-фонды на колени

Это происходило довольно длительное время в отношении целого ряда компаний, в том числе GameStop, пока другая группа активных инвесторов не решила наказать первую группу. Они договорились через соцсети синхронно скупать эти акции и подтолкнуть цены вверх. Дальше им помогают роботы, которые реагируют на изменение тренда большим количеством повторяющихся операций, — и акции взлетают в десятки раз. Та же GameStop взлетала на 4800% с минимума и стоила дороже Delta.

Что ж, первую группу действительно наказали: они оказались в миллиардных убытках.

Отказ всех систем

Проблема справедливой оценки бумаг стара как мир. Мы много раз видели, как компания, как правило из технологичной сферы, размещалась на бирже и через какое-то время ее котировки взлетали выше облаков. Никому неизвестная фирма, которая никогда не видела положительного денежного потока, вдруг становилась сопоставимой по цене с крупнейшими автомобилестроительными или металлургическими холдингами. У компании нет значимых материальных активов — заводов, помещений, оборудования, нет интеллектуальной собственности — патентов, лицензий. Есть только вера в светлое будущее, которую очень хотелось конвертировать в доллары, которую, очевидно, и покупали.

Уже здесь была зашита высокая вероятность последующего развития событий. Регуляторы должны были проконтролировать, правильно ли поступают инвестиционные банки-организаторы, которые размещают акции с плохо обоснованной оценкой низкоквалифицированным инвесторам с риском потери значительной части денег.

Что после IPO? Регуляторы и жестко контролируемые ими фондовые биржи, как правило, останавливают торги при резком изменении цены, чтобы дать инвесторам остыть? Почему сейчас это правило дало сбой? Почему банки-депозитарии выдавали кредиты акциями неликвидных эмитентов? А почему хедж-фонды брали взаймы низколиквидные бумаги? Правильно ли эти игроки рассчитывали свои риски и правильно ли они сообщали о них клиентам и регуляторам, как это предписано правилами? На российском рынке, кстати, многие из этих операций запрещены, а на гораздо более развитом американском это случается сплошь и рядом.

Почему вообще образовались крупные короткие позиции? Это значит, что риск-менеджеры ни в банке-депозитарии, ни в хедж-фонде, который шортил эти акции, не выполняли свою функцию. Такой риск на одного не очень крупного эмитента по меркам любого рынка является заоблачным. Хедж-фонды должны не только информировать клиентов, но и перечислять дополнительные страховые взносы в фонд защиты инвесторов — а при повышенном риске эти перечисления становятся запредельными.

Все эти системы не сработали.

Не как в кино

Действия инвесторов, согласовавших атаку через соцсеть, тоже попахивают манипулированием рынком и прочими наказуемыми деяниями. Мы думали, что это большая редкость и бывает только в кино, а оказывается, это происходит рядом с нами. Вот только не слышно гневных заявлений Комиссии по ценным бумагам, и банковские регуляторы тоже никого не одергивают. Похоже, такие меры применяются только в кино про Уолл-стрит, а не на практике, по всем правилам американского рынка. Все как в вестерне: город захватили группы воюющих друг с другом ковбоев, а мирные жители потеряли деньги — и ноль реакции регуляторов. Видимо, они были на выборах.

Можно возразить, что события развивались очень быстро и регулятор не успел вовремя среагировать. Но регулятор должен действовать превентивно, тем более что хедж-фонды много лет зарабатывали на игре вкороткую против слабых активов.

Вопросы у регулятора должны возникать и тогда, когда компания со штатом из двух программистов вдруг начинает стоить миллиарды. Ведь если бы у нее были материальные активы или интеллектуальная собственность, то нашлась бы третья группа игроков, «акулы», которые, видя, что акции компании падают ниже стоимости ее активов хотя бы на 10%, оперативно купили бы ее, провели делистинг и распродали по частям. Обвального падения бы не случилось, рынок бы стабилизировал цены. Это мы тоже видели в нескольких фильмах.

Регулятор должен разобраться не только с нарушениями, но и в себе тоже.

Откуда взялись «злобные спекулятивные хомячки»

Возможно, будут расширены правила, которые частично уже покрывают деятельность соцсетей (хотя активная работа инвесторов здесь стала заметной не так давно). Призывы покупать или продавать ценные бумаги в соцсетях могут рассматриваться как реклама, а это регулируемый вид деятельности. Блогеры, призывающие инвестировать, по сути, занимаются им без соответствующей лицензии.

Выводы для России

Сегодня на российском рынке ценных бумаг наблюдается большой приток средств неквалифицированных частных инвесторов. Действия ЦБ, который превентивно купирует аппетиты банков и других финансовых институтов, жаждущих продать свои продукты миллионам неокрепших умов, абсолютно обоснованны. Даже за такими невинными словами, как «инвестиционное страхование жизни», стоит сложный финансовый продукт, разобраться в котором может не более 1% населения страны. Неуместно продавать такие продукты широким массам без предварительного обучения — и уж тем более продукты с защитой или возвратом капитала. Их продажу нужно строго ограничивать, иначе неквалифицированные инвесторы потеряют огромные деньги.

Вопрос, потеряют или нет, не стоит. Потеряют обязательно, вопрос только — когда.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции VTimes.

Хотите сообщить об ошибке? Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter

Спасибо, что читаете эту статью!

Поддержите VTimes, чтобы мы могли продолжать работать для вас.