Используются материалы Financial Times Financial Times
Поддержите VTimes, чтобы мы могли работать для вас.
Мнение
Время чтения: 2 мин
Обновлено:

Мнение. Алексей Навальный из комы вышел. Российский суд в нее впал

«Процесс», полный драматического абсурда

Суть претензий прокурора и ФСИН к Навальному свелась к тому, что он еще до отравления нарушал порядок посещения инспекции и не уведомлял ее после выхода из комы. Особенное раздражение прокурора вызывало то, что Алексей свободно передвигался по территории ФРГ, занимался спортом, давал интервью, тем самым очевидно не встал на путь исправления и демонстративно показывал пренебрежение к законам России.

Заявления громкие, но что же действительно должен был исследовать суд?

Таких вопросов два: действительно ли Навальный скрылся от контроля более чем на 30 дней и уклонялся ли он обязанности являться в инспекцию дважды в месяц.

В случае утвердительного ответа хотя бы на один из вопросов суд должен оценить, заслуживают ли такие нарушения отмены условного осуждения.

Согласно части 6 статьи 190 УИК РФ, скрывающимся от контроля признается условно осужденный, место нахождения которого не установлено в течение более 30 дней. По мнению УИС, после того как Навальный покинул палату интенсивной терапии «Шарите», его местонахождение перестало быть известным. Это утверждение легко было разбито адвокатом Кобзевым — суд исследовал уведомление, направленное адвокатом, согласно которому Навальный выписался из больницы, но продолжает лечение. В уведомлении было также указано место жительства Навального в Германии. Попытки инспекции убедить суд в том, что, имея это уведомление, сотрудники ФСИН дважды приходили к Алексею домой в Москве и там его не обнаружили, выглядели несколько комично. Но этот комизм формальный, потешаться над ним не стоит, он — часть драматического абсурда.

Довод о том, что Навальный шесть раз уклонился от явки в инспекцию, — из той же серии. Исполняя условия приговора Замоскворецкого районного суда, Навальный являлся в инспекцию дважды в месяц, по четвергам. В какой-то момент инспекция решила, что он должен являться в понедельник и четверг, а Навальный продолжал приходить по четвергам, являясь к инспекторам в строгом соответствии с решением суда — два раза в месяц. Таких случаев было шесть.

Здесь должен быть анализ, насколько это существенно для исправления — осужденный условно шесть раз пришел в инспекцию в четверг вместо понедельника, но при этом решение суда не нарушил: четвергов в месяце больше одного. Но анализа не будет. Кафка уже все проанализировал.

Адвокат Московской адвокатской палаты Леонид Абгаджава оценил и другой важнейший аспект ситуации: «Не хочется уподобляться Симоновскому районному суду и не замечать того, что судебное разбирательство, по результатам которого Навальному было назначено условное наказание, было признано Европейским судом несправедливым, что та деятельность, которую Замоскворецкий районный суд признал преступной, по мнению ЕСПЧ, является обычной коммерческой деятельностью. Как оценить исправление человека, не совершавшего преступление? Уже сегодня многие представители публичной власти будут говорить о том, что ЕСПЧ на самом деле политически ангажирован, но, что интересно, ЕСПЧ не признал преследование Навального по делу «Ив Роше» политически мотивированным, указав, что в деле нет явно выраженных признаков политической заинтересованности. Однако судья ЕСПЧ от России Дмитрий Дедов, который, вероятно, лучше других судей осведомлен о ситуации в России, в своем особом мнении указал, что уголовное преследование Навального имело своей целью заглушить голос критика российского государства и лишить его возможности участия в политике».

Жаль, что выездное заседание Симоновского районного суда проходило не в Страсбурге. Воздух Эльзаса еще действует на российских судей. Хоть во флаконах выдавай, как молоко за вредность.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции VTimes.

Хотите сообщить об ошибке? Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter

Спасибо, что читаете эту статью!

Поддержите VTimes, чтобы мы могли продолжать работать для вас.