Используются материалы Financial Times Financial Times
Поддержите VTimes, чтобы мы могли работать для вас.
Время чтения: 4 мин
Обновлено:

Суд отказался взыскивать 49% банка «Русский стандарт»

Они были заложены по дефолтным бумагам офшорной компании Рустама Тарико

Владельцам дефолтных облигаций компании Рустама Тарико не удалось добиться взыскания 49% акций его банка «Русский стандарт». Решение об отказе взыскивать акции вынесла судья Арбитражного суда Москвы по иску лондонского Citibank, который является залогодержателем акций и трастовым управляющим. Citi намеревался через российский суд взыскать акции банка, а потом продать их с публичных торгов (соглашение о залоге заключалось по российскому праву). Структура Тарико — бермудская Russian Standard Ltd. — несколько лет назад допустила дефолты по бумагам и теперь должна их владельцам более $750 млн с учетом процентов.

Как акции банка оказались в залоге

Russian Standard зарегистрирована на Бермудах и принадлежит Roust Holdings Тарико. Дефолт по бумагам на $545 млн компания допустила в октябре 2017 г., а через год еще один, не заплатив купон. Эти облигации были выпущены в 2015 г. для реструктуризации субординированных евробондов банка «Русский стандарт» на $350 млн и $200 млн. Инвесторы тогда получили 18% от номинала и бумаги Russian Standard. Тогда же они получили заверения, что для спасения банка необходимо списать часть долга и отложить сроки его возврата: выплаты купонов должны были возобновиться сразу после оздоровления финансовых показателей банка.

С 2018 г. группы кредиторов Тарико требуют от него возврата долга, угрожая взысканием акций: в прошлом году дело дошло до суда.

Иск Сiti не первый иск. Фонд Pala Assets требовал с Тарико, его компаний и совета директоров банка порядка 3,6 млрд руб. Претензии Pala связаны с тем, что из-за ряда сделок между банком и компаниями группы Roust Тарико снизилась стоимость заложенных акций банка, что принесло фонду убытки. Но Арбитражный суд Москвы отклонил требования фонда.

На чем строилась защита «Русского стандарта»

Позиция ответчиков по иску, акционеров банка «Русский стандарт — инвест» и «Компания «Русский стандарт» (принадлежат Тарико), стала неожиданностью для другой стороны на первом заседании в ноябре: они вдруг заявили, что из-за «разрыва» в договоре залог недействительный, поэтому обратить на него взыскание невозможно.

Адвокат компании «Русский стандарт» Сергей Ковалев объяснил позицию так. Есть две группы отношений: в первой из них договор заключили владельцы облигаций и эмитент, а во второй — Citibank, с которым акционеры «Русского стандарта» заключили договор залога. Но эти группы отношений никак не связаны, пояснил юрист, потому что Citibank является держателем залога и стороной договора, а вот владельцы облигаций — нет. С другой стороны, сам Citibank не является кредитором по договору ценных бумаг.

Ковалев не оспаривал, что Citi является стороной договора залога, но оспаривал обязательства самого эмитента перед трасти, ссылаясь на то, что эмитент не обязан платить Citi, потому что тот не является кредитором, поэтому и договор залога не действителен. Российский закон говорит, что должник обязан исполнить обязательства в отношении кредитора. Но в этой конструкции важнейшим элементом является интерес кредитора, а здесь речь идет о том, что Citibank не имеет нарушенного интереса, но защищает интересы других лиц, отмечал Ковалев.

Адвокат Citibank заявил, что «Русский стандарт» никогда ранее не подвергал сомнению действительность договора, а вопрос о том, что договор является недействительным, возник только тогда, когда трастовый управляющий обратился в суд. «Мы считаем, что это очевидная попытка уклониться от своих обязательств, это недобросовестный подход», — отметил он.

Защита Citi приводила в пример решение английского суда по схожему делу, где суд  определил, что трасти по аналогичному соглашению является нормальным кредитором и вправе реализовывать обеспечение. Адвокат Citibank отмечал, что по условиям облигаций обязательства со стороны эмитента должны оплачиваться в пользу трасти и именно он вправе реализовывать взыскание на залог.

Конструкция трасти в английском праве близка к российскому праву, говорил юрист: есть облигационеры, у них есть экономический интерес, но поскольку их много, то определенные функции по наложению взыскания аккумулируются у представителя владельцев облигаций (ПВО) в россиийском праве или трасти — в английском.

Ковалев на это отвечал, что трасти может быть представителем владельцев облигаций, но владельцы облигаций по российскому закону не давали ему таких полномочий, поэтому и претендовать на залог в пользу облигационеров Citibank не может.

Истец слишком преувеличивает значимость английского права, ведь договор залога заключен по российскому, отметил на заседании адвокат компании «Русский стандарт — инвест» Григорий Чернышов. По его словам, трасти не передавали бумаги в доверительное управление, у него нет никаких прав на облигации, поэтому он не может быть кредитором и претендовать на залог. Чернышов отметил, что отсутствие статуса кредитора у трасти означает недействительность договор залога в принципе.

Адвокат Citibank на это указал, что ответчики не предоставили доказательств своей позиции о том, что лондонский банк не стал кредитором по трастовому договору. Кроме того, предложение не опираться на английское право, если обязательство возникло по английскому праву, это «большая новелла, которая переворачивает всю юриспруденцию».

Еще одним аргументом истцов было то, что договор залога прекратился в силу объективных причин из-за истечения пресекательного срока. «В договоре залога нет определенного срока, поэтому пресекательный срок, в течение которого можно предъявить взыскание, составляет один год с момента дефолта, и он уже истек», — говорил Ковалев. Дефолты по бумагам компания допустила в 2017–2018 гг. Зашита Citi в этом вопросе ссылалась на недавнее постановление Пленума Верховного суда, который разъяснял, что пресекательный срок исчисляется с момента, когда наступает срок погашения, — срок полного погашения должен наступить в  2022 г.

Что говорят кредиторы

Решение суда носит откровенно незаконный характер, отрицает базовые правовые принципы и подходы к структурированию сделок, передал сообщение группы кредиторов, в которую входит фонд Pala Assets (владеет 25% выпуска), представитель А1, которая представляет кредиторов в судах. «Сложно объяснить подобное поведение судьи отсутствием у нее необходимых знаний. Сложилось впечатление, что у судьи в данном споре имелось особое отношение к ответчику», — отметил он.

Тарико в ходе реструктуризации долга в 2015 г. предложил вместо надежного должника конструкцию с офшорной компанией и договором залога в пользу Citibank, напоминает он: кредиторы пошли навстречу, поддержали банк и его акционера. А теперь Тарико и его юристы заявляют, что предложенная ими же конструкция облигационного займа не действует, залога, который он сам давал кредиторам, не существует, а Citibank, по его мнению, не уполномочен представлять интересы кредиторов.

«Указанные факты абсурдности решения убеждают в том, что апелляционный суд не оставит от него камня на камне и восстановит справедливость», — добавил представитель.

Hешение суда это прецедент, подрывающий доверие к институту российских еврооблигаций, считает представитель "Мириад Рус" (представляет около 10% облигационеров) Андрей Рожков: данное решение затруднит выпуск еврооблигаций российским эмитентам.

К чему это приведет

Прецедентом данное решение вряд ли станет, но примером того, как не надо структурировать сделки — вполне, считает управляющий партнер бюро "Бишенов и партнеры" Алим Бишенов: "На мой взгляд, имеет место банальная ошибка при составлении договора с Citibank, который де-факто выстроен на механизмах, применяемых в странах с английским правом, но де-юре стороны уполномочили на рассмотрение споров суд российский". Рассчитывать на то, что российский суд будет опираться на нормы британского права было бы достаточно опрометчиво, объясняет Бишенов.

С точки зрения российского законодательства Citi действительно достаточно сложно признать кредитором, поскольку фактически он не является держателем бумаг. Собственно, продолжает Бишенов достаточно странным выглядит уже сам факт того, что такие достаточно сложные схемы попали в договор, на разрешение споров по которому уполномочен российский суд. Это исключительно сложная, с точки зрения российского законодательства, конструкция, говорит Бишенов: формально владельцы акций не являются залогодержателями, потому что акции находятся в залоге у City, а City в свою очередь не может быть признан кредитором, потому что не является владельцем долговых обязательств эмитента. По мнению юриста, кредиторам нужно искать возможность добиваться удовлетворения требований в суде самостоятельно, без посредничества трасти, впрочем, в такой ситуации претендовать на залог они, скорее всего, не смогут.

Очевидно, если кто-то не обслуживает свои долги, то обеспечение должно отходить кредиторам, уверен руководитель департамента рынков долгового капитала BCS Global Markets Алексей Куприянов: прискорбно, что по сути Арбитражный суд занял позицию обратную. Куприянов надеется, что вопрос все-таки будет решен к удовлетворению держателей бумаг, иначе вера инвесторов в справедливую защиту в суде может значительно снизиться. «Панических» продаж российских бондов не будет, говорит эксперт, но в дальнейшем это окажет влияние на принятие решений об инвестировании.

Хотите сообщить об ошибке? Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter

Спасибо, что читаете эту статью!

Поддержите VTimes, чтобы мы могли продолжать работать для вас.