Используются материалы Financial Times Financial Times
Поддержите VTimes, чтобы мы могли работать для вас.

Время чтения: 3 мин
Обновлено:

Год ковида: вынужденное снижение активности

Но тенденции, проявившиеся в 2020 году, скорее обнадеживают сторонников перемен

Год пандемии бросил вызов всем политическим режимам в мире, а все внутренние события так или иначе накладывались на карантин (обязательную самоизоляцию). Не стала исключением и Россия: пандемия помешала мобилизации противников поправок в Конституцию и усилила давление на регионы, говорится в докладе фонда «Либеральная миссия» «Год ковида: предварительные итоги и вызовы десятилетия». Эксперты прогнозируют дальнейшую эскалацию напряжения между обществом и властью, однако считают, что гражданское общество еще не дошло до критической точки.

Общая тенденция

Борьба с пандемией и, соответственно, ее последствия изначально зависели от типов политического режима и вытекающими из этого экономическими возможностями. Так, страны, располагавшие широким аппаратом принуждения, делали ставку на жесткость карантинных мер, в то время как развитые страны с демократическими традициями и широкими возможностями заимствований сопровождали более мягкие ограничения широким пакетом помощи населению и бизнесу. Как пишет профессор Высшей школы экономики Олег Вьюгин, страны с политическими режимами, позволявшими осуществлять жесткий контроль за гражданами и бизнесом (прежде всего — Китай), относительно удачно прошли эпидемию с точки зрения как масштаба жертв (даже с учетом их намеренного занижения), так и экономических последствий, а потому готовы записать опыт борьбы с ковидом себе в актив. Демократии же не могли рассчитывать на аналогичный уровень принуждения и дисциплины, а потому для них борьба с пандемией стала поводом для поиска новых форм сознательного вовлечения граждан в процессы консолидации национальных интересов на базе равенства и справедливости.

Год ковида продемонстрировал гораздо большую устойчивость экономики и реакции населения на экономический стресс, чем это можно было предположить, — даже в сравнении с кризисом 2008 г. Экономические протесты были немногочисленны и скоротечны. Однако в политическом смысле мир выглядит непредсказуемым, резюмируют в «Либеральной миссии»: движение Black Lives Matter с крушением памятников Колумбу, масштабные протесты в Белоруссии, попытка отравления Алексея Навального, Карабахская война, смена власти в Киргизии, крайнее напряжение эмоций на президентских выборах в США, закончившееся штурмом Капитолия в Вашингтоне. «Эти события не являются следствием пандемии, однако в совокупности с ней создают ощущение надломленности старых порядков и высокой неопределенности будущего», — говорится в докладе.

Россия

Российские власти фактически смирились с перспективой второго десятилетия стагнации, полагают в «Либеральной миссии», обратив внимание на то, как откладываются цели развития: подписанный в июле 2020 г. указ не только переносит на 2030 г. цели, заявленные на 2024 г., но еще и корректирует их в сторону понижения.

Как показывают опросы, отношение к поправке об «обнулении» раскололо общество почти пополам. Противникам поправки не удалось мобилизоваться не только из-за низкого организационного потенциала оппозиции, но и в связи с эффективностью репрессивных методов. В итоге это вызвало депрессию среди оппозиционно настроенных контингентов во второй половине года.

Само по себе голосование по поправкам в условиях пандемии было использовано для расширения практик фальсификаций, давления на зависимый электорат и дальнейшего осложнения общественного контроля за выборами, считает политолог Александр Кынев.

Отмечается также стремление федерального центра переложить политическую ответственность за трудности с пандемией на регионы. Потому в качестве координирующих борьбу с пандемией инстанций выбрали региональные администрации и Роспотребнадзор, которые, в действительности, не имели ни достаточных ресурсов, ни навыков, ни полномочий для принятия эффективных и своевременных решений.

Регионы

В таких условиях в регионах нарастает раздражение диктатом Москвы, и бюджетные вливания уже не в силах его гасить.

Александр Кынев, политолог:

— Маловероятно, что тот или иной региональный конфликт станет поводом общенационального кризиса, скорее региональная ущемленность может оказаться в какой-то момент резонатором социального недовольства, связанного с посторонними общефедеральными событиями и повестками.

Сам же Кремль в региональной политике остался верен принципу приоритета целей контроля над целями развития. Губернаторы оказались в ситуации, когда у них нет возможности работать со своей командой, — так, например, в 2020 г. стало обязательным согласование министров здравоохранения и образования с федеральными ведомствами. Еще в 2001 г. у губернаторов отобрали право влиять на назначение региональных силовиков. С администрацией президента согласовывают вице-губернаторов по внутренней политике, профильные ведомства согласуются также с Минфином, Минпромторгом, Рослесхозом.

Александр Кынев:

— Администрации все чаще перестают быть командами и все более представляют собой набор плохо связанных друг с другом менеджеров, больше ориентированных на профильных московских начальников. В таких условиях губернатор становится просто клерком, но с политической ответственностью. В этой ситуации передача губернаторам дополнительных полномочий по борьбе с пандемией не могла привести к увеличению их политического веса.

В «Либеральной миссии» резюмируют, что Кремль продолжает линию на лишение их политического веса и самостоятельности в принятии решений. Так, был арестован популярный хабаровский губернатор Сергей Фургал, выигравший выборы в 2018 г. у ставленника Кремля, ушли в отставку тяжеловесные губернаторы Белгородской области Евгений Савченко и Калужской области Игорь Артамонов.

Александр Кынев:

— Несмотря на политические и экономические риски их устранения, Кремль не желает терпеть на губернаторских постах фигур, располагающих собственным политическим капиталом.

Из-за пандемии весной была приторможена серия ротации губернаторского корпуса, однако уже после внесения поправок в Конституцию отставки продолжились. При этом продолжился тренд на назначение губернаторами политиков и чиновников, ранее не имевших непосредственного отношения к региону: в 7 из 10 случаев исполняющими обязанности губернатора стали фактические «варяги».

Будущее, выборы и протестный потенциал

Несмотря на то что выборы в 2020 г. из-за пандемии прошли скомканно, они имели большое значение в преддверии федеральной кампании — 2021, показав существенное разочарование избирателей в старых партиях и запрос на обновление политического ландшафта, в том числе персональное, говорится в докладе.

Результаты выборов по партийным спискам позволяют говорить, что в условиях низкой явки «Единая Россия» сохраняет доминирование, а вот у парламентской оппозиции серьезные проблемы, их избирательные кампании были малозаметными. Даже рост недовольства граждан никак не сопровождается стремлением легальных политических партий его организовать и возглавить. Показательно, что к самым массовым политическим протестам-2020 в Хабаровском крае ни одна из системных политических партий не рискнула публично присоединиться.

Если раньше разочарование в партии власти приводило к росту голосов за КПРФ, ЛДПР и «Справедливую Россию», то теперь избиратели предпочитают рискнуть с новыми, пусть даже неизвестными партиями — «Новые люди», Российская партия пенсионеров за справедливость.

Александр Кынев:

— Быть просто новым и без антирейтинга при привлекательном названии и довольно активной кампании оказывается достаточным в условиях запроса избирателей на новые лица.

Общее число протестных акций в 2020 г. было меньше из-за карантина, но те, что были, были более яркими и заметными. Особенно выделяется протест в Ненецком АО против ликвидации округа как субъекта федерации (в итоге в НАО провалилось одобрение поправок к Конституции, а врио архангельского губернатора Цыбульский проиграл выборы на территории НАО), хабаровские протесты в защиту Фургала (пиковые оценки массовости в самом Хабаровске 50 000–60 000 человек в июле — августе по субботним акциям), протест в Башкортостане против разработок на шихане Куштау (власть была вынуждена объявить Куштау охраняемой зоной).

Экономическая стагнация, «усталость от лидера», протестный регионализм и существенные изменения в структуре медиапотребления (снижается число людей, смотрящих телевизор, они переходят в интернет) — формируют серьезный вызов политическому режиму в начавшемся десятилетии. В краткосрочной перспективе репрессивные практики и усиление политического контроля позволят сдерживать проявления недовольства граждан, но будут усиливать ощущение социальной стагнации, расширяя «зону отторжения» режима в дальнейшем, к такому выводу приходят в «Либеральной миссии». Главным же источником изменений может быть либо давление самого гражданского общества, либо накопление внутренних противоречий внутри самой федеральной власти и рост числа принимаемых ошибочных решений, либо и то и другое вместе.

Хотите сообщить об ошибке? Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter

Спасибо, что читаете эту статью!

Поддержите VTimes, чтобы мы могли продолжать работать для вас.