Используются материалы Financial Times Financial Times
Поддержите VTimes, чтобы мы могли работать для вас.

Мнение

Время чтения: 3 мин
Обновлено:

Мнение. Выгоды и перспективы экологического развития

Компании не осознают, какие возможности открывает перед ними низкоуглеродная экономика

Пока средний и крупный бизнес проявляет интерес к устойчивому развитию и воздействию на климат в основном из-за предстоящих законодательных изменений — новых налоговых директив, новых требований биржевых регуляторов вслед за переменами в ожиданиях инвесторов, ужесточения национального законодательства. Регуляторные риски, связанные с требованиями к снижению выбросов парниковых газов, возрастают.

В России они выражаются в новых механизмах, часть которых еще не введена: фискальных (плата за выбросы парниковых газов) и нефискальных (отчетность в области изменения климата). Или в новых требованиях институциональных и частных инвесторов к качеству управления климатическими рисками, а именно — к раскрытию компаниями ESG-показателей.

Еще один вид риска, который важно учесть, — рыночный. Он связан со структурными изменениями предложения и спроса на энергоресурсы и сопутствующим ростом стоимости товаров и услуг, приобретаемых компанией, а также с изменением рыночной стоимости самой продукции.

Отдельная большая проблема — физические риски и управление ими. Пренебрежение такими рисками может привести к производственным авариям и общенациональным катастрофам.

Очень немногие компании пытаются определить возможности, которые открываются для них при переходе к безуглеродной экономике. Речь идет не о перепрофилировании бизнес-модели под производство холодильников и кондиционеров (будет жарко) и не о строительстве взамен офисных небоскребов автомобильных мостов, потребность в которых будет быстро расти (повысится уровень мирового океана). Такие изменения тоже будут происходить, но в этой статье хотелось бы привести примеры адаптации бизнеса без кардинальной смены профильной деятельности.

Выбросы как ресурс

Отрасль разведки и добычи находится на пороге радикальных перемен. Здесь тоже отходы из пассивов могут превратиться в активы. Вместо работы над сокращением выбросов углекислого газа компании смогут сосредоточиться на использовании побочных продуктов в качестве ресурса, торговля которым принесет им экономическую выгоду. Здесь углекислый газ перерабатывают в топливо и строительные материалы. Кроме того, углекислый газ доказал свою полезность при использовании в качестве химического агента для повышения нефтеотдачи пластов.

Новые технологии позволяют использовать углекислый газ в качестве сырья для производства пластмасс и химических веществ. Из него получается пена для полиуретановых матрасов и обивки мебели. Например, Covestro из переработанного углекислого газа, образующегося из выбросов энергетических компаний, производит полиэфирные полиолы.

Компания Climeworks еще в 2015 г. открыла первое и крупнейшее в мире производство, поглощающее углекислый газ из атмосферы. Аналогичные технологии используются на МКС и подводных лодках. В год мощности завода позволяют собирать до 900 т газа, что эквивалентно выбросам от примерно 200 автомобилей. Для сравнения: ежегодно в результате деятельности человека в атмосферу выбрасывается 40 млрд т парниковых газов.

Превращение побочных продуктов в ресурс возможно и в других отраслях. Многие химические компании внедрили системы замкнутого цикла, в которых улавливаются практически любые выбросы и побочные продукты, возникающие при производстве таких опасных газов, как хлор и фосген. Начали появляться заводы по переработке отходов в водород. Среди них — энергетический центр Protos английской строительной компании Peel L&P Environmental, целый промышленный кластер с инновационными технологиями.

Новые технологии пока недостаточно выгодны с коммерческой точки зрения, затраты на них не всегда окупаются. Тем не менее они могут стать новой точкой роста. Появление коммерчески привлекательного решения может дать старт гонке внедрения технологий, позволяющих улавливать углеродные выбросы, чтобы затем выгодно продать такие технологии, следует из исследования Deloitte «Безуглеродная экономика — 2030. На пути к энергетике будущего». 

Сколько стоит углерод

Выбросы можно продавать, используя коммерческие инструменты рынка торговли квотами ЕС. Уже в 2021 г. ими смогут воспользоваться и российские производители. Речь о трансграничном углеродном регулировании (ТУР) — это набор мер, расширяющих границы действия европейской системы торговли квотами на выбросы парниковых газов (EU ETS). Характеристики регулирования будут определены к середине 2021 г.: будет установлена форма налога (акциз/пошлина/обязательство вовлечения), база обложения (прямые выбросы/прямые и косвенные энергетические выбросы) и порядок введения.

Любой из существующих сценариев предполагает, что при установлении цены на углерод производители будут ориентироваться на рынок торговли квотами ЕС. Так, в 2020 г. цена за 1 т СО2-эквивалента колеблется от 15 до 30 евро. Учитывая заявленную политику ЕС, к 2030 г. цены могут вырасти до 60–70 евро. 

К системе обязаны присоединиться операторы стационарных установок, с использованием которых происходит потребление ископаемого топлива (газа, угля, нефти; биотопливо из этого списка исключено), и объектов гражданской авиации. Предположительно, будет возможность зачета квот, выданных в ряде других стран (Великобритании, Норвегии, Ирландии и Швейцарии), а также возможность интеграции с другими системами торговли выбросами парниковых газов, созданными на принципах Киотского протокола. 

Объединиться и победить

Третий, тоже рабочий, вариант — это вертикальная или межотраслевая интеграция. Например, создание двусторонних партнерств и затем, через соглашения или приобретения, объединение по всей производственной цепочке. Так, горнодобывающая компания может объединиться с производителем цемента, а нефтегазовая — приобрести производителя аккумуляторов или создать совместное предприятие с производителем электромобилей. В горнодобывающей промышленности выбросы, возникающие в цепочке, могут в несколько раз превышать выбросы, связанные с операционной деятельностью. А такие слияния позволят усилить контроль за уровнем углекислого газа не только на производстве, но и по всей цепочке создания продукции.

 Успешные примеры компаний, всерьез работающих с климатическими рисками, уже есть. Например, C2CNT — международная компания, выбравшая путь поиска новых технологий для переработки углекислого газа в полезное сырье. C2CNT использует метод электролиза в расплаве, чтобы получать из углекислого газа углеродные нанотрубки, которые прочнее стали и обладают высокой проводимостью. 

Возможностями коммерческого использования карбоновых налоговых инструментов по регулированию выбросов СО2 сейчас активно интересуются российские компании нефтегазовой и химической отраслей. 

Кейсы по созданию новых партнерских структур также существуют. В частности, это проект под наблюдением RCS Global (транснациональная группа компаний, оказывающая услуги по обеспечению ответственного подхода к закупкам, повышению прозрачности выбросов углекислого газа). Каждый из перечисленных примеров ответственных практик позволит внедрившим их компаниям опередить своих конкурентов и оставаться в первой лиге привлекательного для инвесторов бизнеса.

Адаптация к новым реалиям и правилам требует от руководителей и собственников бизнеса непростых решений. Однако тем, кто сумеет вовремя переключиться, переход к экономике замкнутого цикла принесет больше выгод, чем предприятиям, которые будут заниматься исключительно смягчением последствий физических и регуляторных рисков, связанных с изменением климата.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции VTimes.

Хотите сообщить об ошибке? Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter




Спасибо, что читаете эту статью!

Поддержите VTimes, чтобы мы могли продолжать работать для вас.