Используются материалы Financial Times Financial Times
Поддержите VTimes, чтобы мы могли работать для вас.

Мнение

Время чтения: 3 мин

Мнение. Почему не стоит ждать бума инвестиций в энергетику

Изменения в законе хороши, но недостаточны

«Вам, предводитель, пора уже лечиться электричеством!»

По расчетам Минэнерго, нас ждет инвестиционный бум в области электроэнергетики. За этим утверждением стоят не просто слова, а дело. Предложение поправить закон о концессиях так, чтобы государство гарантированно выплачивало необходимую сумму валовой выручки частному инвестору (если он сам не сможет ее заработать), воплотилось в жизнь. Раньше такое правило распространялось на другие сферы — теплоснабжение, водоснабжение, переработку отходов. А вот электроэнергетика была лишена этой привилегии. Теперь закон принят, подписан президентом. Но вряд ли он обойдет ключевые препятствия для инвесторов и серьезно повысит привлекательность отрасли.

Инвестиции в государственную инфраструктуру всегда сопряжены с риском, это даже не обсуждается, такова жизнь. Особенно если речь идет о таких сферах, как ЖКХ или энергетика, где невозможно обеспечить самоокупаемость будущего проекта и нужно существенное финансирование от государства. Такие проекты связаны государственным регулированием цен (тарифов), которые обязательно согласовывать каждый год и рост которых  существенно ограничен. И даже если у вашей услуги в удаленном поселке высокий спрос, низкий тариф не даст обеспечить необходимую выручку.

Как работает концессионное соглашение

Одна сторона (концессионер, частный инвестор) обязуется за свой счет создать и (или) реконструировать имущество, право собственности на которое принадлежит другой стороне (концеденту, то есть государству). Концессионер также обязуется использовать объект, а государство — предоставить права владения и пользования (на срок, установленный этим соглашением).

Государство может софинансировать концессионные проекты тремя способами:

1. Предоставить капитальный грант, то есть часть расходов на создание объекта;

2. Выдать эксплуатационный грант, то есть покрыть часть расходов на использование объекта;

3. Выплачивать плату концедента — заранее оговоренную сумму. В нее часто входит инвестиционный платеж (идет на возмещение затрат на проектирование и создание объекта) и/или эксплуатационный платеж (возмещение затрат на эксплуатацию).

Или государство может пообещать, что инвестор заработает определенную сумму на объекте, а если нет, покрыть разницу — это минимальный гарантированный доход (МГД). Если государство изменило правила, что ухудшило положение концессионера, то ему предусмотрены компенсации.

«С деньгами нужно расставаться легко, без стонов»

Несмотря на то что Великая отечественная война давно в прошлом, временно-аварийно-восстановительный характер электроснабжения все еще взят за основу в непосредственной близости от городов-миллионников. 

Пока финансирование концессий в распределенной генерации обусловлено двумя факторами. Во-первых, муниципальные единые теплоснабжающие организации (ЕТО) не получают необходимых инвестиций в развитие основных фондов — муниципальные субсидии сильно ограничены. Во-вторых, ежегодный рост тарифов на электроэнергию и тепло обеспечивает только поддержание текущего состояния основных фондов и замену наиболее аварийного оборудования.

Сейчас в России всего 53 концессионных проекта в сфере электроснабжения на 11,3 млрд руб., из них частных — 8,8 млрд руб. (данные платформы «Росинфра», с момента принятия закона о концессиях и до весны 2020 г.).  Большая часть создана на муниципальном уровне — 49 проектов, на региональном уровне — 4.

И вот к модернизации устаревшей дизельной генерации в регионах хотят более активно привлечь частного инвестора. Поправки предполагают, что концессионер сможет за свой счет модернизировать государственную электростанцию или электросеть, а взамен получить гарантированный размер валовой выручки на определенный срок.

Что такое распределенное электроснабжение

В России есть две концепции размещения объектов электроэнергетики: централизованная и распределенная. К централизованному электроснабжению относятся крупные электростанции, поставляющие электроэнергию и мощность на оптовый рынок.

К распределенному относятся так называемые малые предприятия коммунальной энергетики с монопольным статусом единой теплоснабжающей организации, ЕТО. Они находятся в зоне ответственности муниципалитетов. Также к распределенной генерации относятся электростанции возобновляемой энергетики.

Получение согласованного размера валовой выручки применяется только в тарифных концессиях, это существенное (обязательное) условие. Но на практике, когда вы идете согласовывать тариф в региональную энергетическую комиссию, тут и начинаются те самые «стоны».

Дело в том, что в понимании таких комиссий на местах вы должны согласовать валовую выручку, которая покроет «экономически обоснованные» затраты на деятельность организации и позволит достичь показателей эффективности. Но понимание экономической обоснованности у всех свое. И компания может просто не доказать, что затраты были необходимы. К тому же комиссия отталкивается в своих оценках от размера бюджета концедента, а не от обоснованных расходов концессионера.  

Иными словами, пока со стороны как профильных органов, так и судебной практики есть общий подход, где концессионер получит «свое возмещение», но не всегда с учетом всех операционных и эксплуатационных расходов.

Когда инвестор получит свое возмещение — это уже вопрос второй. Определенно до конца концессионного соглашения, а средний срок таких соглашений — 15 лет. В то время как расходы концессионера начинаются гораздо раньше, как и выплаты кредитным организациям — они хотят получать проценты по оговоренному расписанию, без отсрочек.

«Нет, это не Рио-де-Жанейро, это гораздо хуже»

Принятая поправка, без сомнения, упрощает жизнь будущим концессионерам в плане судебной практики. Раньше суды просто отказывались компенсировать валовую выручку, например, недополученную из-за недобора мощности потребителями. Не было прямого указания в законе, как для тех же ЖКХ-проектов. Теперь есть. 

Это небольшое облегчение. Ведь инвестор идет в проект, чтобы получить прибыль, а не просто вернуть инвестиции. Поэтому поправки, обещающие, что государство поможет не уйти в минус, не слишком добавляют проектам привлекательности.

Именно зависимость от субъективного тарифного регулирования, неоднозначности трактовок, призрачности государственных гарантий, с яркими оттенками неконкурентной среды и приводит к ослаблению инвестиционного энергетического пыла на практике.

Но, как говорил великий комбинатор, не будем терять душевное равновесие, и поверим министерству, что принятые поправки — только начало.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции VTimes.

Хотите сообщить об ошибке? Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter




Спасибо, что читаете эту статью!

Поддержите VTimes, чтобы мы могли продолжать работать для вас.