Используются материалы Financial Times Financial Times
Поддержите VTimes, чтобы мы могли работать для вас.

Время чтения: 5 мин
Обновлено:

Все научные гранты – в одни руки

Ученые опасаются лишиться финансовой поддержки из-за слияния двух фондов

Оглашены условия, на которых Российский фонд фундаментальных исследований (РФФИ) будет присоединен к Российскому научному фонду (РНФ). Но вопрос о судьбе самого «демократичного» конкурса научных проектов — конкурса «А» — остается открытым.

В возможность слияния не верилось до последнего — слишком разные задачи у этих фондов. Гранты РФФИ были в среднем меньше, чем у РНФ, и доставались чаще физическим лицам. РНФ предпочитает иметь дело с научными учреждениями (юридическими лицами), у него крупные и длинные гранты — до семи лет. Исследовательским группам этот фонд тоже выдает гранты, на них приходится половина заявок-победителей, тогда как в РФФИ это порядка 20 000 удовлетворяемых в год заявок, и лишь 200–300 грантов он выдает юрлицам — институтам типа Курчатовского. В прошлом году РФФИ поддержал 18 000 проектов, РНФ — 4000. И тот и другой получают из казны порядка 20 млрд руб. в год.

РФФИ — госбюджетная организация, созданная в 1990-х гг. при поддержке Российской академии наук (РАН), а РНФ — некоммерческая организация, плод реформы академической науки. Главный попечитель РНФ — помощник президента Андрей Фурсенко. Слияние фондов Фурсенко анонсировал еще год назад: по его словам, необходимо устранить дублирование, чтобы расширить грантовую поддержку науки.

РНФ скажет «А»

Ведущий научный сотрудник Института социологии ФНИСЦ РАН Лариса Козлова полагает, что в результате поддержка науки, наоборот, станет еще более слабой и дефицитной:

— Всяческие слияния, «усушки» и «утруски», модные сейчас в науке и образовании, требуют осторожности, а не так называемого «эффективного менеджмента». Как правило, они проводятся более чем формально и означают соединение несоединимого, ведут к утрате организациями многих важных функций, к разрушению коллективов и их многолетних наработок.

В соглашении , подписанном фондами, сказано, что конкурсы РФФИ будут своевременно замещены соответствующими конкурсами РНФ. В том числе под замещение попадает конкурс «А», на который в РФФИ ежегодно приходилось две трети заявок. Очевидно, теперь количество выдаваемых грантов уменьшится, поскольку общие объемы финансирования сохраняются, а размер грантов увеличится.

Две разные функции трудно уложить в один формат

Мария Калинина, ведущий научный сотрудник Института физической химии и электрохимии им. А. Н. Фрумкина РАН:

— В соглашении фондов заявлено сохранение финансирования, которое выделялось ранее на конкурс «А», но не числа поддержанных проектов. Судя по опубликованному Минобром тексту, это финансирование в основном будет переведено на линейку проектов РНФ по поддержке научных групп с грантами от 3 млн до 6 млн руб. Это достаточно крупные гранты, по которым руководители берут на себя довольно чувствительные обязательства по числу отчетных публикаций. Эта линейка фактически с низкими рисками вложений относительно отдачи, поскольку выигрывают в основном проекты не просто с хорошей научной идеей, но те, у которых уже есть значительные заделы, гарантирующие заявленное число публикаций. То есть это финансирование сильных групп, уже какое-то время плотно и успешно работающих по определенной теме.

В сообщении говорится, что предполагается также создать линейку «задельных» грантов, но не ясен ни размер, ни отчетный формат этих грантов. Можно предположить, что, когда линейку малых грантов с финансированием до 1 млн руб. закроют в пользу того формата, который принят в РНФ, это приведет, во-первых, к уменьшению доступности финансирования фундаментальных исследований в целом и, во-вторых, снизит креативный потенциал нашей научной среды. Именно инициативные проекты РФФИ с малым объемом финансирования и высокими рисками относительно возможной отдачи и стимулировали «прощупывание» новых научных идей, которые далеко не всегда дают выхлоп в виде заданного числа публикаций, и предугадать окончательный результат научного поиска в принципиально новом направлении не могут ни исследователь, ни эксперты.

Как следует из текста соглашения, все финансирование этих линеек будет переведено в основном в уже существующие грантовые линейки РНФ по мере выполнения тех финансовых обязательств, которые РФФИ несет перед грантодержателями текущих проектов и потенциальными победителями уже объявленных конкурсов. С моей точки зрения, в ближайшее время следует ожидать проседания по числу публикаций и существенного сокращения числа малых научных групп, особенно в регионах, в результате такого слияния. Не только потому, что для нашей страны с ее географическими особенностями централизация финансирования науки неизбежно приведет к обеднению региональной научной среды в пользу центров и, по мере нарастания этого обеднения, к утере научно-технической связанности регионов. Центры окажутся варящимися в собственном соку и висящими в пустоте, так как разрыв в уровне образования, интенсивности интеллектуальной деятельности, креативности и готовности населения воспринимать инновации между центром и периферией будет только нарастать. Проседание произойдет и потому, что правила организационной игры в российской науке меняются ежегодно и отсутствие сильной системной политики, долгосрочного планирования и нацеленности на результат вместо отчетных показателей в этой сфере не может не сказываться негативно, о чем, например, свидетельствует и полный провал программы «5-100».

Отсутствие управленческой конкуренции вредно во всех областях, и научного администрирования это тоже касается. Между РНФ и РФФИ к данному моменту сложился здоровый баланс, РФФИ в основном поддерживал существование научной среды и обеспечивал интеллектуальный фон той или иной интенсивности, но на территории всей страны. РНФ финансировал молодых звезд и приоритетные, прорывные, масштабные проекты. Это две качественно разные функции, которые уложить в один формат, на мой взгляд, очень трудно, если не невозможно.

Прорывные ходы

За последнее время РФФИ успел инициировать несколько специфических проектов.

Фонд решил стимулировать грантами по 300 000 руб. написание обзорных статей в требующих продвижения российских научных журналах. Совместно с Академией общественных наук Китая идет прием заявок на лучшие проекты фундаментальных научных исследований, в том числе по теме «Вирусология». При содействии посольства Индии в России обсуждались параметры конкурса проектов по коронавирусной тематике.

Если РНФ поддерживает исследования мирового уровня, то РФФИ взращивал для этого ученых: более 10 000 молодых исследователей ежегодно получали финансирование на сумму в 5 млрд руб. Поэтому особое внимание научного сообщества сейчас приковано к судьбе «посевного» конкурса «А», на который приходится три четверти заявок.

После перераспределения грантов в пользу крупных вузов многие преподаватели могут остаться без финансовой поддержки, уверен заместитель председателя профсоюза «Университетская солидарность» в НИУ ВШЭ Илья Гурьянов:

— РФФИ был самый демократичный научный фонд с низким порогом участия в конкурсах, он давал стимул для научной работы преподавателям, у которых не было возможности часто публиковаться в топовых журналах. Тогда как для большинства конкурсов РНФ обязательным считаются наукометрические показатели — количество индексируемых публикаций, в частности в Scopus и Web of Science (WoS), куда стоит очередь года на полтора вперед.

По мнению Гурьянова, количество заявок на научные конкурсы после слияния РФФИ с РНФ будет сокращаться, потому что возникает формальный критерий отсева.

— Правительство рассчитывает, что перераспределение средств даст какие-то прорывные результаты, укрепит позиции «научной державы». Но это лишь позволит заработать узкой прослойке ученых, принадлежащих к топовым вузам, которые продвигают наукометрию. В большей степени это Высшая школа экономики, в меньшей — МГУ, в целом работают по публикационной модели Смольный институт, Новосибирский и Томский университеты. Уничтожение РФФИ ведет к созданию каст, к разделению науки и преподавания.

Оптимизация под монополизацию

С физлицами и малыми коллективами работать непросто. Выделяются средства на научные проекты, где ученые сами формулируют задачи и сами же их исполняют. Фонды следят, чтобы не было двойного финансирования. Даже если регламентируется выполнение основных задач финансируемого проекта на территории России, проекты могут не соотноситься со Стратегией научно-технологического развития. На это обращает внимание старший научный сотрудник Института цитологии и генетики СО РАН Петр Меньшанов.

— Объективные экономические индикаторы, такие как валовая выручка компаний и вузов, свидетельствуют о том, что достигнутые результаты по стимулированию науки пока не оказали значительного влияния на технологическое развитие России. Даже если вносить коррекцию на пандемию. Кризис — это не только кризис, но и возможности. Нет никаких маркеров того, что у нас наблюдается интенсификация взаимодействия науки и бизнеса.

По мнению ученого, после слияния двух фондов в управлении наукой случится тотальная монополизация. Меньшанов предостерегает:

— Должна быть диверсификация в принятии решений, лучше бы сохранять минимальную ситуацию с олигополией. Ведь основную нагрузку на финансирование науки вытягивает государство, порядка 70%. В оставшиеся проценты коммерсанты зачастую записывают и не относящиеся к науке исследования — например, маркетинговые. Так что реальный перекос в пользу государственного финансирования у нас достигает 90%. Но у бизнеса нет четкого целеполагания, куда вкладываться. И на финансирование, как сейчас модно говорить, прорывных разработок государственных денег не будет хватать.

Заграница не поможет

Зарубежные гранты или частные пожертвования в качестве альтернативной поддержки научной деятельности сегодня рассматривать сложно.

— Я подавал не одну заявку на иностранные гранты, причем не в то время, когда шла скупка публикаций и закрытой информации Соросом, когда дешево продавалась продвинутая научная информация, — вспоминает Петр Меньшанов. — Сегодня уже почти все скупили, поэтому большой интерес к российским разработкам, которые можно было бы дешево приобрести, исчез. Как показывает практика, зарубежные фонды не спешат раздавать россиянам гранты.

Заслуженный профессор-эмеритус Джордж-Мейсонского университета (США), бывший генеральный директор Международной соросовской программы образования в области точных наук, биофизик Валерий Сойфер подтверждает:

— Поддержка науки в России западными фондами резко упала за последние полтора-два десятилетия. Закон о благотворительности в значительной мере сужает возможности российских ученых обращаться за помощью на Запад. К тому же стали частыми неправомочные обвинения в шпионаже и продаже за рубеж государственных секретов и тюремные сроки ни в чем не повинным специалистам. Это ведет к отбрасыванию российской науки от мирового прогресса.

Оценка заявок на гранты, как упоминалось, опирается на индексирующие публикации базы данных. Примечательно, что после того, как правительство анонсировало слияние фондов, первый зампред комитета Госдумы по экономической политике Сергей Калашников отправил депутатский запрос в Совбез с предложением пересмотреть оценку результативности российских ученых по публикациям, включенным в международные научные базы. По его мнению, это может представлять угрозу национальной безопасности. «Являясь иностранными институтами, WoS и Scopus заинтересованы в проведении политики, противоречащей интересам России, чему есть много примеров», — говорится в запросе.

Хотите сообщить об ошибке? Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter




Спасибо, что читаете эту статью!

Поддержите VTimes, чтобы мы могли продолжать работать для вас.