Используются материалы Financial Times Financial Times

Поддержите VTimes, чтобы мы могли работать для вас.
Время прочтения: 5 мин
Обновлено:

У нового поколения меньше страха

Молодым художникам достаточно их молодости

Московская биеннале молодого искусства – большая ежегодная выставка, проходит с 2008 г. при поддержке Министерства культуры и Департамента культуры города Москвы. Первые разы она была фестивалем и называлась «Стой! Кто идет?». Нынешняя имеет амбиции открывать новые имена, подстегивать инициативы молодых художников и кураторов, создавать условия для их публичного высказывания, развития среды современного искусства и ее интеграции в международный контекст.

Разумеется, биеннале должна была начаться в июне, коронавирус перенес ее на осень. 

Аналогов нет, темы нет

В этом году, игнорируя традицию назначения главного куратора и объявления темы (например, куратор прошлой, 6-й биеннале Лукреция Колабро Висконти выбрала тему «Абракадабра», а в 2014 г. Дэвид Эллиотт предлагал подумать на тему «Время мечтать»), комиссар биеннале, заместитель директора по выставочной работе Московского музея современного искусства Алексей Новоселов установил главный критерий отбора – возраст художников и кураторов. Он не должен превышать 35 лет.

Это решение, несомненно, добавляет своеобразия нынешней биеннале, хотя возрастной ценз существовал и ранее.

«Мир резко изменился. Если раньше такого разрыва между поколениями художников не было, то сейчас он ощущается все больше и больше», – рассуждает Катя Бочавар, директор галереи «Граунд Солянка»:

– Молодые, которым сейчас по 20–25, сильно оторвались от тех, кому 35. У последних больше рамок. У нового поколения меньше страха. Они не в холоде и голоде выросли и не так боятся терять, потому что не знают, как может быть иначе. Иногда это раздражает.

Новоселов считает уход от темы пользой:

– Уход от темы – осознанное решение, он снимает диктат куратора, способствует демократии выбора, развитию междисциплинарности и горизонтальных связей. Мы предоставляем участникам биеннале максимальную свободу.

Зрители привычно ожидают большую выставку, так называемый Основной проект, однако комиссар делает акцент на непрерывном культурном процессе: «Биеннале молодого искусства в своей основе – это не проект, не выставка, а процесс, набор различных инструментов, которые создают и поддерживают живую среду молодого искусства».

Активности поделили на несколько частей. Процесс продлится три месяца. Молодежь займет город с сентября по декабрь. Основной площадкой биеннале избрано творение классика Стасова, ампирные корпуса Провиантских магазинов, где некогда хранились запасы продовольствия для расквартированных полков, ныне Музей Москвы.

Начали с улицы. Вернее, со двора. Открытый конкурс по созданию site specific работ для внутренних фасадов Музея Москвы, куда было подано 370 заявок через open call от художников из 64 стран, выделил четыре проекта.

«Авторов было много, а фасадов всего четыре. Много проектов вылетело сразу. Как оказалось, site specific – какая-то сверхзадача для молодого художника».

Александра Рудык, член экспертного совета биеннале.

Предпочтение жюри в результате было отдано художникам, уроженцам России, хорошо себе представляющим само это пространство в Москве, в отличие, возможно, от других заявителей.

Искусство цифры

Их проекты так или иначе объединил анализ все большего присутствия современного человека в цифровой среде.

Показательно, что заявки подавались и проходили экспертный отбор еще до пандемии.

Рома Богданов (1986) зашторил окна стасовского фасада (проект Screen) экранирующей тканью, которая блокирует излучение радиоволн, передающих сигналы GPS, GSM, WiFi.

Алиса Омельянцева (1997) затянула фасад светоотражающей тонировочной пленкой (проект «Настройка экрана»), превратив его в одностороннее зеркало Гезелла, обычно установленное в комнатах для психологических экспериментов.

Заметим, что интервенция внешних стен исторического памятника проходила этап согласования с Департаментом культурного наследия.

Скриншоты новостного слайдера, снэп-маски, инстаграм-сторис, чаты и посты, все эти элементы цифровой повседневности вошли в инсталляцию «Я смотрю на тебя, ты смотришь на меня» Игоря Самолета (1984).

Флажками с мордами котиков Алиса Глазун (1988) обрамила гигантскую надпись «Все немного разные», призвав наслаждаться самоэпигонством и незначительными различиями.

Конкурсный отбор прошла еще одна работа – видео Саши Пироговой (1986), представлявшей Россию на 57-й Венецианской биеннале. Но на внешних стенах музея было трудно разместить проект «Вне времени», повествующий о жизни и любви. Он будет реализован уже в ноябре и показан вместе с Основным проектом. Результат открытого конкурса кураторских проектов станет второй частью биеннале.

Коллаборация с рынком

Отсутствие Основного проекта на момент запуска биеннале сполна компенсировал спецпроект, ярмарка молодого искусства Blazar. Процедура выбора авторов для показа на ярмарке проходила в том числе с участием экспертов молодежной биеннале.

«Некоммерческим институциям важно искать точки сближения, вступать в коллаборацию с инициативами, связанными с рынком. Но не значит, что биеннале становится коммерческой организацией, – комментирует Алексей Новоселов. – Мы понимаем, как важна для независимости и развития карьеры художника поддержка во вхождении в сферу арт-рынка».

Ярмарку инициировала онлайн-галерея Sample, ориентированная исключительно на молодых независимых художников.

В пространстве музея почти на неделю воцарилась настоящая вольница миров и тем, волнующих нынешнюю молодежь, политики, квира, экологии, новой чувственности. Работы раскупались, надо сказать, как пирожки.

Основатели галереи Sample рискнули устроить ярмарку (планируют превратить ее в ежегодную), опираясь на недавние исследования. Специалисты уверенно констатируют, что 50% коллекционеров современного искусства подходят к процессу как инвесторы, с интересом и азартом ища новых авторов. Большой рост цен на молодое искусство за короткое время только доказывает это.

Александра Лекомцева, соучредитель Sample, сама вошла в проект уже будучи активным покупателем работ художников, только начинающих карьеру, и весьма вдохновлена этим поколением: «Они полностью диджитализированы, знают по несколько языков, хотят свободы действия и бытия, хотят создать семью и не пьют. Как правило, они окончили приличное учебное заведение и знают цену своему образованию.

Молодой художник очень чисто работает в своей мастерской, четко составляет сиви. Конечно, не все станут звездами. Кто-то это бросит и уйдет в смежную сферу или даже в предпринимательство».

Отчасти последнюю мысль подтверждает известный 34-летний художник Костя Беляев, успевший поучаствовать и в первой Биеннале молодого искусства. «Быть художником – это определенный стиль жизни. Ты ездишь по фестивалям, резиденциям. Но это не мое, я не хочу кочевать, хочу нормальных условий», – рассказывает Костя. «Возможно, у меня не такой быстрый рост художественной карьеры, но есть другая работа, которая приносит деньги и требует внимания».

Галерист Катя Ираги считает, что не стоит спешить с предложением работ начинающих художников коллекционерам, надо подождать, ибо жизнь сама отсеет: «Что я могу сделать для молодого художника? Выставку, ну две. Не могу же обманывать коллекционеров и говорить: покупайте за три копейки, а завтра этот художник взлетит и будет стоить на 30% дороже. Я в такие игры не играю. Надо не подторговывать по дешевке, а создавать больше инструментов для развития, гранты, резиденции. Одноразовая помощь – это неконструктивно. Чтобы молодые художники не сошли с рельс, нужна стратегия, работа экспертов, которые бы в этом разбирались. Чиновники, к сожалению, не разбираются. Министерство культуры вообще должно состоять из практиков, а не из бюрократов, перешедших из другого министерства».

Зато рисковать готов Сергей Попов, владелец галереи pop/off art, которая приняла участие в ярмарке Blazar специальным проектом pop/off art lab. На стенде были выставлены молодые художники, в том числе Анна Афонина и Андрей Андреев, на глазах превращающиеся в звезд. «Стали наблюдать за собой и поняли, что состав нашей галереи стареет. Многие из тех, с кем начинали когда-то, достигли сакрального возраста 35 лет. Теперь ими нужно заниматься как-то иначе».

Сергей Попов мониторит ситуацию и констатирует быстрый рост конкуренции среди галерей за «молодое, правильное искусство».

Большой пазл

Состоялся третий спецпроект, онлайн-перформанс «Мыльная опера». Во время исполнения музыкантами фрагментов классических и современных опер в пространстве «Граунд Солянка» художник Семен Мотолянец создавал инсталляцию «Ненадежная конструкция из хозяйственного мыла». Таким прихотливым образом оперные творения вживались в рутину создания визуального произведения, менялись в новых обстоятельствах, демонстрируя искомую процессуальность и междисциплинарность. До 11 октября в Cube. Moscow работали самоорганизованные художественные некоммерческие инициативы, в том числе «Клуб анонимно танцующих», «Отдел практической аффектологии», «Кооператив распределения сознания», APXIV и др.

Под руководством кураторов Анны Журбы и Сергея Бабкина проект превращается во временную тренировочную зону по выводу самоорганизаций из «серой зоны дружеских горизонтальных связей, для которых не существует внешнего взгляда».

В ближайшие дни будет объявлен список молодых художников из регионов России, отобранных путем open call в партнерстве с ГМИИ им. А. С. Пушкина и ГЦСИ. Они смогут приехать в столицу для проведения серии портфолио – ревю. Будем наблюдать.

Спасибо, что читаете эту статью!

Поддержите VTimes, чтобы мы могли продолжать работать для вас.

На этом сайте используются средства веб-аналитики, файлы cookie и другие аналогичные технологии. Также могут обрабатываться ваши персональные данные. Подробности в Политике конфиденциальности.

Для работы с сайтом подтвердите, что вы ознакомились и согласны с условиями Политики.